YouTube access fines. Moscow and St Petersburg courts penalise internet providers for letting Russians reach YouTube by bypassing state blocks End‑to‑end suspicion. An iStories‑OCCRP investigation raises serious doubts about Telegram’s Russia ties, but evidence remains elusive Подмена писем и шифрованные PDF. Citizen Lab и Access Now рассказали, кто и как охотится на оппозиционеров из России (и как себя обезопасить) «Не смерть, а боль». Экс‑глава лаборатории ОЗХО Марк‑Михаэль Блум — о серии отравлений российских оппозиционерок Gotta block 'em all (but can’t). Russia tries to block popular VPN services, but will it succeed? Подарок для сталкера. Как гаджет Apple AirTag применяется для преследования Банхаммер Тора. Как Россия решила победить даркнет Снос «Мемориала». Как власти добиваются ликвидации старейшей правозащитной организации России Язык программирования Xi. Как компартия Китая зачищает IT‑сектор Свидания только вакцинированным. Как в России прививают заключенных, мигрантов и бездомных Россия отрицающая. Почему россияне массово отвергают вакцинацию Чрезмерно, следовательно, неконституционно. Бундестаг разрешил германским силовикам рассылать трояны Звезда арестов. Чем запомнится московский судья Артур Карпов «Через 6 часов они ушли из России». Юрист вынудил израильских взломщиков смартфонов разорвать отношения с российскими силовиками Что же такое наследовать землю. В Лондоне активисты вырыли туннель и провели там месяц, чтобы сорвать строительство железной дороги «Озверел, вскочил и начал на меня орать». Арестанты из Сахарово — о разговорах с полицейскими и обысках в камерах «Вы будете сидеть, и вас будут судить». Навальный против судьи Морозовой в химкинском отделе полиции Слово пацана. Интервью с Робертом Гараевым — автором книги о казанских уличных группировках Симфония Малера. В Германии освободили основателя RAF, осужденного за отрицание Холокоста «Хороший специалист по электронике». Что известно о томском физике Александре Луканине, задержанном ФСБ за передачу технологий иностранцам «Суицида с моей стороны не может быть». Жизнь и смерть Тесака — самого известного российского ультраправого «Учинил скандал, приведший к скоплению граждан». Что написано в протоколе Давида Френкеля, которому сломали руку на избирательном участке «Поддержать ВВ. Снизить негатив». Работа одной ботофермы накануне голосования по Конституции Права для всех. Журналисты доказали в германском суде незаконность слежки за иностранцами в интернете «Вторая голова», перелом черепа и паралич. Как болели лидеры Северной Кореи и что об этом сообщалось официально Отрывки из книги Мортена Тровика
Тюрьма без срока. Иностранцев не могут выдворить и не отпускают из центров временного содержания ФСИН против коронавируса. Что происходит в российских тюрьмах во время пандемии Сломанные ребра и честь ФСБ. Задержанный после взрыва в Магнитогорске мигрант из Кыргызстана провел за решеткой год без обвинений Жертвы «московского дела». Что случилось за полгода после 27 июля Вехи. Факты об истории присяжных в России Неделя присяжных, введение
«Кто‑то написал этот злой сценарий». Родители фигурантов «московского дела» — о своих сыновьях Ищут «козлы», ищут оперативники. В Костромской колонии вычисляют заключенных, обратившихся в ЕСПЧ из-за статуса «опущенных» Наше все. В Архангельске за явное неуважение к власти оштрафовали Александра Пушкина Сказочная Руанда. Как африканский юрист добился отмены уголовного наказания за оскорбление чиновников «Я услышал звук электрошокера. Сказали, что сейчас будем жарить». Задержанные в Сургуте «Свидетели Иеговы» рассказывают о пытках Подслушано в тюрьме Сан-Квентин, Калифорния. Как американский заключенный вышел на свободу через подкаст «Россиянам не повезло немножко». Юрист «Агоры» Дамир Гайнутдинов — о попытках защитить пользователей от государства и интернет-сервисов «В Сара-а-а-тове продажный суд, здесь судьи взяточки берут». Как сочинявшая частушки саратовчанка стала фигуранткой дела о возбуждении ненависти к судьям Феминисты из ФСБ, Сталин-волхв и «дефлорация велосипедом». Лидера «Партизанской правды партизан» задержали за возбуждение ненависти к женщинам «Настоящее время» десять лет спустя. Как коллектив дагестанской газеты дошел до Верховного суда, отстаивая независимость редакции Журналисты против медиаменеджеров
Отлучить от республики. Как давний конфликт привел к отрешению Юнус-Бека Евкурова от мусульманской общины Сахарная дестабилизация. Как саратовскую организацию диабетиков признают «иностранным агентом» Прокуратура: мониторинг медицинских «болевых точек» можно использовать для «инспирирования протестных настроений»
«Голые стены, никакой информации». Как адвокат Черкасов пытался попасть к рассказавшему о пытках Виктору Филинкову Армии ботов, хакнувшие свободу слова. Интервью с продакт-дизайнером Twitter Джоном Беллом о троллинге и двойной сплошной в соцсетях Нужно ли закрывать ультраправые сайты; ботнеты и новая гонка вооружений; соцсети как Дикий Запад
Переворот с русского. Как «задержанный в России» переводчик из Черногории оказался ключевым фигурантом дела о попытке путча Москва–Белград–Подгорица. Обвинительное заключение черногорской прокуратуры по делу о попытке переворота «Мы сейчас увезем тебя и будем избивать». Иркутские активисты рассказывают о допросах по делу о «факе» на фоне храма Банковский кризис в Татарстане. Как превышенцы и дробильщики пошли на штурм правительства Что происходит в Казани
«Айсберг», «Марат», «Троя» и «Льдинка». Алкоголь для неимущих глазами медика Рассказ психиатра из Биробиджана
Черные кассы. Немецкий бизнес и коррупция в России